Первая остановка сентябрьского маршрута. До музеев я, если честно, так и не дошёл (собирался). Зато была ратуша в окне, опера под чёрным стеклянным сводом и вино с картинками.
Сентябрь у меня получился дорожный: Лион, Лондон, Берлин. Звучит как маршрут человека, который едет смотреть искусство, и в Лондоне с Берлином в общем-то так и было. А в Лионе я просто гулял. Поэтому этот выпуск про город, ратушу из окна и вино, на котором нарисовано больше, чем в иной галерее.
Окно на ратушу
Окно номера выходило прямо на ратушу, и это, наверное, главное, что надо знать про первый вечер. Сидишь с бокалом, а напротив дворец семнадцатого века медленно меняет цвет: сначала медовый, потом небо уходит в какой-то неприлично глубокий синий, и фасад начинает светиться изнутри. Обычно за таким ходят в музей.
Про саму ратушу узнал уже потом: строить начали в 1646 году по проекту Симона Мопена, а после пожара 1674-го её восстанавливал Ардуэн-Мансар (тот самый, версальский). Но в моменте это было вообще не важно.
Через площадь — опера. Снизу нормальный такой классический театр с музами на карнизе, а сверху на нём лежит огромный чёрный стеклянный свод. Это Жан Нувель, 1993 год: старые фасады оставил, а всё внутри и сверху построил заново. Ночью свод подсвечивают красным. Спорно, красиво, мне понравилось.
Обычно за таким ходят в музей
Кофе, лестницы, проходы
Утро без плана — это эспрессо на улице, а дальше куда ноги понесут. В Лионе они несут в основном вверх, потому что город стоит на холмах и любая прогулка рано или поздно превращается в лестницу. Зато наверху крыши, краны и охристые дома с зелёными ставнями, и цвет у города такой, что фильтры можно не включать.
А ещё тут есть проходы сквозь дома, трабули. Ныряешь в арку на одной улице, выныриваешь на другой. Внутри граффити, фонарь и ощущение, что ты сейчас зашёл куда-то не туда (зашёл куда надо).
Белькур и старые кварталы
На Белькуре на высокой белой колонне сидят Сент-Экзюпери и Маленький принц. Писатель родился в Лионе в 1900 году, и к его столетию лионская скульптор Кристиана Гийобе сделала этот памятник.
Снизу его почти не видно, мешают деревья, так что надо задрать голову. Принц сидит у него за спиной и смотрит туда же, куда и он. Вот и всё, а стоишь почему-то долго.
Днём — старые кварталы: красные дворы с круглыми башнями и улица Мерсьер, где столики стоят прямо на мостовой и официанты как-то между всеми лавируют. Тут и случилось главное открытие поездки. Не в живописи, а в винной карте.
Искусство на этикетке
Лион окружён Божоле и Бюже, и маленькие хозяйства, кажется, соревнуются, у кого этикетка больше похожа на картину. У игристого Montagnieu от Maison Bonnard — голубая планета и тонкий графичный пейзаж. У божоле «Theia» Рафаэля Шопена — девушка в платье в горошек держит над головой солнце, а на обороте даже адрес написан от руки.
Простенок вообще-то про то же самое: маленький формат, ручная работа и желание оставить себе. Бутылку, правда, пришлось допить.
Бутылку, правда, пришлось допить
Набережные Роны
Лондон
- Марк РоткоTate Modern · зал «Сиграмских» полотенРодился в 1903-м в Двинске (это нынешний Даугавпилс), прославился в Нью-Йорке. Огромные холсты с прямоугольниками цвета, перед которыми почему-то все замолкают.
- Тони МакгиIconic Images Gallery · «Fame, Fashion, McGee»Снимал моду и музыку, в восьмидесятые много работал с Дэвидом Боуи.
- Дэмиен ХёрстHENI Gallery, Сохо · «Depictions»Акула в формальдегиде, точки, бабочки. С бабочками у него давняя история, с начала девяностых.
Берлин
- Маурицио КаттеланNeue Nationalgalerie · «NIGHT»Тот самый, который приклеил к стене банан скотчем. Первая его большая выставка в Германии.
- Герхард РихтерNeue Nationalgalerie · «100 работ для Берлина»Один из самых дорогих живых художников. Зал так и называется: сто работ для Берлина.
- И снова РоткоБерлинНе ждал, а он висит и тут.
Дальше Лондон и Берлин, и там уже без отговорок, музеи были. А пока две работы из нашего каталога, которые подходят к дорожному выпуску лучше всего: Гарт Штапаков рисует города тушью прямо поверх старых географических карт.
